Заметки путешественников

Инновации по-османски

 Быль это или небыль, мы не знаем, но, по сведениям известного османского путешественника Эвлии Челеби, один из жителей Константинополя по имени Хасан Челеби еще в 1633 году, т.е. задолго до полета братьев Мангольфье на воздушном шаре, запустил пассажирскую ракету — конический снаряд с пороховыми камерами и местом для пилота. Для запуска было использовано примерно 140 кг пороха. Как сообщается, запуск ракеты был приурочен к рождению дочери султана Мурада IV.

Это был первый известный пример запуска пилотируемой ракеты и аппарата с искусственным двигателем. При большом стечении народа Хасан Челеби оседлал это устройство, поджег фитиль и с грохотом взлетел в небо. Люди, наблюдавшие этот полет ожидали, что Хасан рухнет вниз и разобьется, но, после того как у аппарата закончилось топливо, Хасан Челеби, подобно птице, раскрыл крылья, прикрепленные к телу, и спланировал в воды Босфора, откуда был благополучно извлечен, и предстал перед султаном, наблюдавшим этот полет.

А годом ранее брат Хасана — Ахмет Челеби поднялся на Галатскую башню, что в европейской части Константинополя, и, поймав попутный ветер, перелетел через Босфор и  приземлился на один из холмов района Ускюдар, что в азиатской части османской столицы, став, в свою очередь, первым человеком, совершившим перелет из Европы в Азию.

 

Воспоминания Гюстава Флобера о Константинополе

Сегодня нашей темой станет – воспоминания о Турции, оставленные Гюставом Флобером, автором « Саламбо » и « Мадам Бовари ».

Гюстав Флобер, творчество которого входит в золотой фонд мирового литературного наследия, в свое время совершил путешествие по Турции, давно привлекавшей его внимание.

Ниже мы приведем выдержки из письма, написанного Флобером своему другу Луи Буйе.

« Если бы я смог написать тебе все, что я думаю об этом чрезвычайно занимательном путешествии, это заняло бы весьма много времени. К тому же и впечатления как бы исчезают из памяти, как только я беру в руки перо. Но ничего, постараюсь отобразить на бумаге все, что успело зацепиться за кончик моего пера.. »

Эти строки, написанные Флобером Луи Буйе, свидетельствуют о необходимости наличия у писателей столь важного для их творчества элемента, как вдохновение. С другой стороны, это говорит о чрезвычайной требовательности, с которой великий французский писатель подходил к творческому процессу.

Вот как продолжает Флобер письмо своему другу Луи Буйе:

«Перейдем к Стамбулу. Я прибыл сюда вчера утром. Сегодня я не буду тебе ничего писать о своих впечатлениях. Знай лишь одно: я был выражением Фурнье: « В свое время Стамбул превратится в столицу мира». И вправду, город этот впечатляет своими масштабами. И это ощущение неизмеримо значительнее ощущения, испытываемого в Париже».

На Флобера огромное впечатление произвели многокрасочность человеческой палитры Стамбула и историческая аура этого города. Вот что пишет в этой связи Флобер:

« Это потрясающе… Улицы здесь словно поглощают человека. У этих улочек словно нет начала и конца. Из многих точек города можно видеть Босфор и Золотой Рог с неподвижными кораблями. Иногда корабли перемешиваются с мечетями, да так, что вы перестаете отличать мачты от минаретов ».

Флобер решил направить своему другу подарок – образец искусства турецких каллиграфов. Вот что пишет по этому поводу французский писатель:

« Завтра я закажу исполнение твоего имени золотыми буквами на голубой бумаге. Вернее, турецкое произношение твоего имени. Этот подарок украсит твою комнату. Любуясь этой каллиграфией, ты будешь преставлять меня с собой в путешествии по Турции ».

Голуби и чайки, парящие в голубом стамбульском небе – один из неотъемлемых элементов городского пейзажа. Стамбул невозможно представить без чаек над Босфором и тысяч голубей, облюбовавших дворики мечетей. Малейшее движение приводит к тому, что в небо взвиваются сотни голубей. Вот что пишетна этот счет Гюстав Флобер в письме к другу:

« Обговорив с каллиграфами условия нанесения на бумагу твоего имени, я пошел кормить голубей на площадь перед мечетью Беязит. Здесь их сотни. Кормить этих птиц зернами – святое дело. Приближаясь с этой целью к площади, вы видите, как голуби слетаются к вам отовсюду. Есть птицы и в порту. Здесь их тоже великое множество. Птицы носятся среди кораблей и прибрежных строений, где имеют гнезда ».

Как и другие европейцы, побывавшие на Востоке, Флобер не упустил возможности побывать на кладбище и восхититься его красотой и покоем.предоставим слово самому писателю:

« Кладбища на Востоке прекрасны. Здесь нет той печали, которая свойственна нашим кладбищам.
Нет здесь и стены, рва или частокола, отделяющего кладбище от дороги. Так что кладбище может явиться вашему взору в самом неожиданном месте даже в центре города. С рынка вы можете прямиком перейти на кладбище. На местных кладбищах растут гигантские кипарисы, придающие городу особое очарование ».

В конце своего письма Луи буйе Флобер пишет следующее: « Будь уверен в том, что лишь о Стамбуле можно сказать: « Что за город ! Что за пейзажи !».

Автор admin, 17 сентября 2012 | Заметки путешественников | 0 коммент.

Впечатления, полученные Марком Твеном от пребывания в Константинополе

Марк Твен любил путешествовать, ибо во время путешествий набирался опыта, столь необходимого для написания литературных произведений. По дороге в землю обетованную он побывал и в Турции, где посетил Стамбул и Измир. Свои путевые очерки он объединил в книге, которую издал в 1867 году. Из нее – то мы и приведем сегодня отрывки.

Пароход “ Квакер Сити “, на котором путешествовал Марк Твен, вошел в Стамбул со стороны Босфора. Панорама, открывшаяся взору великого писателя, была поразительной. Марк Твен увидел большой и весьма колоритный город. Вот что пишет американский писатель:

“ В этом большом городе проживает миллион жителей. Однако улицы здесь настолько узки, а дома настолько близки друг к дружке, что Стамбул не занимает и половины площади, занимаемой Нью – Йорком. Насколько мы можем видеть Стамбул с места, где пришвартовалось наше судно, город этот весьма красив. Стиснутые друг о дружку дома поднимают вверх. Отовсюду видны сады, гигантские купола мечетей, бесчисленные минареты. Все это соответствует нашим представлениям о типичном восточном городе… “.

Во время пребывания в Стамбуле Марк Твен постарался посетить все его достопримечательности. Прежде всего он пошел на Капалычаршы – старинный крытый рынок. Вот как описывает Марк Твен свои впечатления от этого живописного места:

“ Рынок этот напоминает огромный улей, вобравший в себя тясчи лавок и поделенный на сводчатые улочки. На рынке торгуют всем, в том числе и яркими многокрасочными восточными тканями. Рынок заполнен нищими, носильщиками, бродячими торговцами, священнослужителями, вышедшими за покупками зажиточными дамами, иностранцами, людьми, прибывшими невесть откуда и одетыми в весьма причудливые платья… Все лавки на этом рынке похожи на коробочки. На узких улочках носильщики стараются расчистить путь для своих нагруженных товарами вьючных животных. При этом носильщики вопят во весь голос. К этим воплям присоединяются крики всякого рода торговцев, вовсю расхваливающих свой товар. Общая картина дополняется видом собак, мирно спящих под ногами несмотря на гомон, царящий на рынке… “

После Капалычаршы Марк Твен отправился на осмотр водоотстойника Бинбирдирек, сохранившийся с византийских времен. Вот что пишет об этом водоотстойнике американский писатель:

“ Это – старинный водоотстойник. Сюда следует спускаться по лестнице, расположенной в пустынной городской местности. На глубине десяти метров под землей вы видите безмолвное мрачное место, опоясанное изящными, длинными гранитными византийскими колоннами. Какой – то человек из местных показал мне на надпись на одной из колонн. По всей видимости, этот человек хотел указать мне на древность этого сооружения “.

А вот что рассказывает Марк Твен о любви турок к животным:

“Когда число собак в городе увеличилось, их решили поубивать, к этому процессу приступили, не откладывая дела в долгий ящик. Однако народ стал так бурно возмущаться, что процесс изничтожения собак приостановили. Спустя некоторое время собак решили вывезти на один из Принцевых островов. Однако степень народного возмущения стала вообще невероятной, когда стали доходить слухи о том, что собак вовсе не довозили до острова, а топили в открытом море. В результате истребление собак прекратили. Так что не случайно улицы Стамбула полнятся дворнягами “.

Пришло время, и Марк Твен решил посетить турецкую баню. Вот как он начинает рассказ об этом приключении:

“Много лет назад я дал себе слово посетить загадочную турецкую баню, так живописно расписанную путешественниками. Но после всего того, что со мной приключилось, я готов был съесть всех этих лживых описателей…“

А разгневал писателя безмолвный и резкий диалог, который он имел в бане с банщиком. Удовольствие от этого диалога Марк Твен ощутил лишь после выхода из бани. Но поначалу писатель весьма настороженно отнесся к действиям банщика. Вот как описывает великий писатель свои приключения в бане:

“Вокруг все заполнилось горячим воздухом. Когда мое тело привыкло к этому теплу и стало готово к помещению в гораздо более горячее помещение, меня вывели в помещение со скользким полом, полное пара и уложили на каменную платформу, возвышавшуюся посреди этого помещения. Камень был крайне горяч. Вслед за этим какой – то человек усадил меня рядом с котлом горячей воды. Хорошенько обдав меня водой, человек надел варежки и стал массировать меня. Спустя некоторое время я почувствовал, что тело мое уменьшилось в размерах. По мере того, как человек нажимал на различные части моего тела, снизу появлялись макаронообразные цилиндры. Грязью это быть не могло, ибо цвет эти цилиндрики имели белый. Человек растирал меня довольно долго. Затем человек принес корыто, мыло и нечто, напоминавшее конский хвост. Разведя пену, человек, не предупредив меня, накрыл меня ею с ног до головы. После этого он стал снимать с меня тем самым конским хвостом. Залив меня горячей водой, человек перевязал мне голову полотенцем, как следует вытер мое тело, после чего оставил меня в покое и безмолвно удалился, указав на тахту“.